13:11 

Против течения

Reno89
Nice planet. We'll take it.
Название: Против течения
Фандом: Торчвуд + пара слов от Доктора
Автор: Reno (aka Reno89)
Рейтинг: R
Пейринг: Janto
Жанр: slash, drama
Предупреждения: флэшбэки, местами пафос, местами розовые сопли, возможный ОСС
Содержание: Джек вроде как любит (или нет), Янто вроде как сопротивляется (или хочет так думать). В конце концов (и на самом деле), каждый из них любит и сопротивляется по-своему.
Дисклеймер: не претендую
Статус: в процессе
От автора: о, возможно, это такой бред, сродни тому, что выдумывают порой сценаристы сериалов=)) Спасибо за внимание.

Читать дальше

Продолжение 1

Продолжение 2

Продолжение 3 (В КОММЕНТАРИЯХ!) Простите, что небольшое!!

Продолжение 4 (В КОММЕНТАРИЯХ!)

Продолжение 5 (В КОММЕНТАРИЯХ!) Это предпоследний фрагмент.

АПД: Окончание (В КОММЕНТАРИЯХ!) Спасибо всем, кто читал!!
запись создана: 26.03.2010 в 17:10

@темы: драма, fanfiction, R, Janto, Doctor Who

Комментарии
2010-04-15 в 15:45 

Everything I am
Reno89, спасибо за новый кусочек :heart:

2010-04-15 в 15:49 

Reno89
Nice planet. We'll take it.
4ерти
всегда рада!=)

2010-04-19 в 12:02 

Reno89
Nice planet. We'll take it.
Одно из очевиднейших достоинств темноты заключалось в том, что в её объятиях можно было забыть о взглядах – каких угодно, и жить лишь ощущениями прикосновений, в которых правды было больше, чем в словах и глазах. И в темноте терялось всякое ощущение пространства – тесного и узкого, с плотно прилегающими к капитанской койке скользкими перекладинами лестницы.
До боли запрокинув голову, так что затылок упирался в холодный металл, и, вывернув руки до предела, отчаянно цепляясь пальцами за пустоту, едва не обдирая в кровь костяшки о шершавый бетон стен, Янто вслепую двигался в этой темноте, которая дышала тяжело и жарко – и каждый вздох рано или поздно переходил в короткий глухой стон. Каждое движение – плавное – вниз, на выдохе, - и резкое – вверх, в необозримое пространство – прокатывалось дрожью вдоль позвоночника.
- Как тебе это? – спросил Джек. Не тот Джек, который был вместе с ним в темноте, а Джек, запертый в Хабе при тусклом свете дежурных огней.
- Потрясающе, - не открывая глаз, прошептал Янто.
Он не мог ошибиться – тогда, в, казалось бы, далёкий день, нет, в ночь, они жили не только сексом, что-то объединяло их тогда куда сильнее, то ли сердца бились вместе, то ли нужда друг в друге, непридуманная, пробилась вдруг сквозь потёртую штукатурку дней. И мысль об этом приносила тоску.
- И лестница, - пробормотал Джек чуточку отрешённо, - помнишь, лестница постоянно упиралась тебе в спину?
- Как тёрка, - увлечённо кивнул Янто, - как чёртова доска для стирки.
Харкнесс издал неопределённый звук, который мог бы сойти за смешок.
- Ты не можешь помнить доски для стирки. Ты же поклонник кофейных автоматов, а не музейных ценностей.
Джонс не ответил – он мог бы поклясться, что видит, видит в этой темноте себя и Джека. Теперь ему мало-помалу передавалось и возбуждение. Как глоток воздуха после долгого пребывания под водой.
- Я и не знал, что ты можешь позволить себе такие грязные слова, - мечтательно протянул Джек, следуя за ним – почти не отставая – в воспоминания, - которые вырывались у тебя тогда.
Он осторожно переплёл пальцы с пальцами Янто, чего уже давно не делал, и потянул за собой вниз, к решётчатому полу второго уровня, так, чтобы Джонс вновь почувствовал спиной металлические перекладины – на этот раз не лестницы, а перил безопасности, не горизонтальных, а вертикальных.
- Я и сам не знал, - заметил Янто.
- Хорошо, что большая их часть предназначалась лестнице, а не мне.
Одним рывком Янто вдруг провалился глубже – в мыслях, не в реальности. Он словно оказался в «каюте» Джека вновь, шуршащее, словно песчаник, дыхание эхом отдавалось в его голове, пока он гладил широкие напряжённые плечи, почти оттесняя законного правообладателя – себя самого из прошлого, такого потерянного и отчаянного в начале своего торчвудского путешествия. Он чувствовал солоноватый вкус кожи на языке, запах пота и пыли в волосах, не понимая, откуда она могла взяться. Кусочки мозаики ускользали от него, декорации, обстоятельства, даты, стрелки часов сгорали в пепел, осталось лишь ритмичное рваное действие, которое без предпосылок и последствий выглядело почти невозможным, как рассказ без сюжета и идеи, как театр абсурда или дешёвое порно.
- А чем ты занимаешься теперь? – свистящим шёпотом осведомился Джек.
- Любовью, - негромко ответил Янто, впервые позволив себе сказать это приторно сладкое слово, от которого тошнота подкатывала к горлу. – Прямо в своей голове.
- Вот извращенец, - с улыбкой пробормотал капитан. – Такими темпами ты…
Он замолчал – возможно, помнил чуть больше самого Янто, но не спешил раскрывать этого.
В тот день Хаб едва не стал полем для боевых действий. И это было даже забавно, поскольку одна из первых кормёжек Мавануи пришлась как раз на падение уровня электроэнергии. Йанто тогда с непривычки провалился в водоканал и потянул лодыжку. Лучшим способом избавить его от боли оказался вовсе не холодный компресс. Хотя после он не упускал случая поворчать, ибо в тот миг, когда схлынули адреналин, эндорфины и андрогены, нога распухла и заныла. Почему же тогда жизнь была лучше?
Он придвинулся чуть ближе к Янто, который судорожно вцепился в него, как будто боялся потеряться в тёмных образах.
- Если тебе с этим понадобиться помощь, - проговорил Джек, опуская руку на наглухо застёгнутую ширинку, под защитой которой плоть становилась всё твёрже, - ты ведь знаешь, к кому обратиться?
Янто пробормотал что-то невнятно и неохотно. Неловко скинул его руку, как будто не доверял больше, завозил ногами по полу.
- Ну, перестань, - потряс его за плечо Харкнесс, - здесь выход, который ты ищешь. Не в темноте.
Будто он сам вдруг отступил на второй план, уступив двойнику из прошлого, который ласкал его Янто так умело, с такой лёгкостью тянулся к нему сквозь время, что самому капитану стало вдруг не по себе. Он решил немного отвлечь Джонса от воспоминаний и, наклонившись к нему для поцелуя, вдруг заметил кое-что. Нечто куда более невинное (на первый взгляд), чем явная эрекция, но, пожалуй, всё же достаточно тревожное.
- Янто, - будто бы сквозь густой туман донёсся до Джонса негромкий чуть хриплый голос, - у тебя идёт носом кровь.
Тон был таким, будто капитан неловко признавался ему в любви, но когда Янто коснулся губ кончиком языка, он был вынужден убедиться в правоте Харкнесса – характерный металлический привкус не возможно было не распознать. Им наполнился рот – будто кровоточили дёсны. Кровоточило под языком. Он медленно открыл глаза, жмурясь от ослепляющее яркого после темноты света.
- Вот, чёрт, Янто, это не только!.. – вскочил на ноги Джек. – Улыбнись!
Джонс непонимающе уставился на него, когда капитан упал на колени перед ним, схватив за подбородок.
- Улыбнись мне, - потребовал он.
Янто послушно растянул губы в кривой ухмылке.
- Ещё.
Серо-голубые глаза Джека расширились. Зубы, а теперь и губы Янто были вымазаны в красном. Его рот был как открытая рана, густая кровь текла из ноздрей. Сжав его голову в ладонях, Харкнесс обнаружил ещё один её источник. Кровь шла и из ушей.
- Тошико! – крикнул он через весь Хаб.
Гвен и Оуэн встрепенулись, попытавшись подняться – головы у них немилосердно кружились, удалось лишь со второй попытки.
- Тош!
Янто не казался испуганным, из чего Джек сделал вывод, что боли тот не испытывал, но, вымазанный в крови, он выглядел жутко.
Тошико возникла за спиной – бесшумно, будто маленький японский ниндзя, готовый пустить в ход свои отравленные дротики.
- Что с ним, Джек? – потрясённо проговорила она, вглядываясь в побледневшее лицо Джонса.
- Скажи мне, что ты знаешь, - прохрипел капитан. – Потому что у меня нет ни единой мысли по этому поводу.
- Где ты был, когда… когда это произошло? – быстро перешла к сути Тош.
- Здесь, - скривился Джек. – Рядом с ним. Всё случилось слишком быстро.
- Чем конкретно вы занимались? – спросила Тошико, в её голосе вдруг зазвучала сталь.
- Мы… говорили, - пожал плечами Джек.
Кровь неспешно капала вниз, на брюки и лацкан пиджака, бордовая, словно вишнёвый сироп.
- Говорили о чём? – поморщилась Тош – ей неприятно было вмешиваться в чужие дела, но ситуация вышла из-под контроля. – Джек!
- Он мне сказал, - сжал зубы капитан, - сказал, что…
- Я просто потерял нить реальности, - закончил за него Янто, сплёвывая. – Просто решил, как это, предаться воспоминаниям.
Тош вопросительно приподняла бровь.
- Вроде того, - пробормотал Джек.
- И это вызвало реакцию.
- Я не знаю.
Тошико окинула Хаб долгим пристальным взглядом. Кажется, ничего не изменилось.
- Или вызовет, - прошептала она. В тот самый миг красный тревожный свет залил всё вокруг – сирена истошно взвыла, и пронзительный звук жёсткой щёткой вымел все остальные.
- Чёрт, Тошико, что происходит! – что было силы заорал капитан.
Она стремительно пронеслась по лестнице к мониторам, каждый из которых считал своим долгом вывести громадную, во весь экран надпись «Опасность».
- Это среда! – крикнула Тош в ответ. – Безвременная среда вырывается на волю!
Скорлупа Хаба трещала по швам.
- Но почему?!
Гвен и Оуэн возникли по обе стороны от неё, прикрывая глаза от лучей, лижущих стены.
- Нет, - негромко проговорила Тош, сверяя данные ещё раз. – Я ошиблась. Джек! Это не безвременье, всё наоборот! Нечто рвётся внутрь извне. И я думаю, что источником живого времени является…
Она не могла ошибаться.
- Янто.

2010-04-19 в 12:03 

Nice planet. We'll take it.
***
Он мог представить кого угодно в той темноте – но не представлял. Темнота должна была скрыть от него знакомые черты, но вместо этого, казалось, прорисовывала их ещё чётче.
В конце концов, вместе с кровью пришла и боль.
- Джек! – дрожащим голосом позвал он. – Джек!
Но капитан не слушал его – он был занят разговором с Тошико, которая пыталась объяснить нечто важное, путаясь в ненаучных терминах, придумывая свои, жонглируя ими, так что уследить было невозможно.
- О чём вы говорили? О чём он вспоминал? – Янто странно было слышать обрывки фраз и предложений, которые до абсурдного неправильно и неточно описывали то, что происходило в его голове. В переводе на слова это звучало жалко и унизительно, лишённое бархатной обложки темноты.
- Он сказал, что больше не чувствует…
- Это неправильно…
- Так быть не может…
- Я лишь пытался…
- Не слишком ли ты зазнался, Джек? – осведомился Оуэн – Янто успел поймать звук его голоса – пьяный и больной. Безвременье действовало на каждого из них совершенно по-своему. – Трахнул своего офисного мальчика, а теперь утверждаешь, что секс – вещь не проходящая? Это наивно, по крайней мере, и вообще, я думал, ты профи по этим делам.
- Не обращай на него внимания, - заметила Гвен. – Кажется, этот воздух вызывает худшее в нём.
- Потому что я дышу им вместе с тобой, - огрызнулся Харпер, но после затих.
Закрыв глаза, растянулся на софе.
- Итак, - вздохнув поглубже, начала Тошико.
В своей собственной тёмной комнате Янто, улыбаясь, приник губами ко рту капитана.
- Возможная причина – чувства, вызываемые воспоминаниями. Они слишком сильны и тревожат безвременье, а после – раз! – происходит локальная реакция.
Гвен, нахмурившись, потёрла лоб.
- Если следовать твоей теории, каждый из нас – как ходячая бомба, стоит только поддаться каким-то ощущениям из прошлого, как это откроет доступ времени в безвременье.
- Я всё же надеюсь, - пробормотала Тош, - что это не так. На каждого среда действует по-разному. Оуэн испытывает повышенный уровень раздражения. Гвен не может заснуть.
- Ты?
- Я… процесс умственной деятельности сильно замедлен, мне сложно сосредоточиться.
- А ты, Джек? – поинтересовалась Гвен.
Капитан пожал плечами.
- Ничего. Как и прежде, как и всегда – ничего.
Он оглянулся на Янто, который, покачиваясь из стороны в сторону, сидел рядом с Оуэном, не слушая его ворчания. Кровь у него почти перестала идти, по крайней мере, на время, но с ватными тампонами в носу он выглядел забавно – даже если в самой ситуации ничего забавного не было. Джонс едва заметно кивнул капитану и даже попытался улыбнуться.
- Чего нам ждать? – негромко осведомился Джек, не отрывая взгляда от Янто – тот поёрзал немного, непривычный к столь пристальному вниманию. Оуэн попытался вовлечь его в разговор.
- Боюсь, кровотечение – это меньшая из бед, - собравшись с силами, заметила Тош.
Она больше не смотрела на экраны, сочащиеся красным светом – ничего нового они бы ей не сказали. Гипотеза вышла страшной, как будто подвоха ждать следовало на каждом шагу. – Первым в группе риска числится Янто, но мне сложно представить, почему.
- Может быть, - предположила Гвен, теребя край жакета, - его отчаяние слишком велико?
Она повернулась к Джеку, заглядывая ему в глаза.
- Может быть, нам просто незнакомы такие чувства?
Джек покачал головой.
- Не говори глупостей. Каждому из нас есть, что вспомнить.
- Он вспоминает про тебя, - проговорила Гвен, пожалуй, слишком громко – Янто тут же поднял голову, глядя на неё с тревогой. – Он тебя любит. По-настоящему. Не берусь сказать, как долго. А сейчас он страшно напуган тем, что вместо этого всепоглощающего чувства внутри него пустота. Вся сила его воспоминаний обрушивается на Хаб.
- Ты звучишь слишком пафосно, - поморщился Харкнесс. – Прямо сейчас.
- Посмотри на него, - зашептала Гвен, хотя Джек и без того поминутно оглядывался, - с тобой хоть раз случалось что-то подобное? Я имею в виду, ты осознавал себя однажды таким равнодушным к тому, кого считал смыслом своей жизни? Осознавал не за год, не за два, не с каждым днём всё больше и больше – а как факт, полчаса назад, будто с горы скатившись?
Джек помолчал немного.
- Нет.
- И я – нет. Потому что так не бывает. В нормальной жизни, конечно.
- Кто тебе сказал, что Торчвуд…
- Но это жестоко. Он ведь никогда не хотел этого чувствовать. А теперь – вынужден.
Оуэн, отчаявшись добиться внятной реакции на свои слова, поднялся – на миг чёрный логотип на стене спрятался за его спиной – и свернул в широкую арку, решив, что в привычной рабочей обстановке прозекторской ему станет лучше.
- Я не чувствую голода, - отрешённо проговорила Гвен. – Меня не мучает жажда. А Янто не чувствует больше тебя. Должно быть, это ужасно. Всё равно что лишиться потребности существовать.
В конце концов, Джек не выдержал. Шагнул в направлении софы, застыл рядом. Янто сидел, подперев рукой голову.
- Как ты себя чувствуешь? – спросил капитан.
- Нормально. Трудно дышать.
Они замолчали. Янто смотрел в сторону, не двигаясь, но Джек знал, чего ему хочется – избавиться от ваты в носу и жить дальше. Капитан обнаружил острую нехватку слов.
- В тот раз, - неожиданно опередил его Джонс, наклонив голову, - в тот самый раз, когда Мавануи перекусила кабель, в той темноте – кого ты представлял на моём месте?
Джек прикрыл на миг глаза, пытаясь понять причины этого вопроса – острого, как колючка кактуса, впившаяся в пятку, даже, пожалуй, оскорбительного.
- Я никого не представлял.
Он вдруг подумал, что мог бы. Если был бы уж совсем законченным подонком.
- Тогда кто был там с тобой?
Джек сжал кулаки.
- Ты.
- Там было темно, неужели, ты не воспользовался таким случаем?
- А что насчёт тебя?
- Я первым задал вопрос.
- Это был глупый вопрос, ответ на который ты и сам знаешь.
- Не знаю.
- Тогда догадайся. Если это так тебя волнует.
- Я бы никогда не стал представлять кого-то на твоём месте.
- И я.
- Ты – другое дело.
Он закрыл глаза, но Джек с силой потряс его за плечи.
- Ты не имеешь права поддаваться этим воспоминаниям. Ты убиваешь себя.
- Стоит мне лишь на миг перестать думать об этом – и становится гораздо, гораздо хуже. Опустощающе.
- Ты убиваешь всех нас.
- Я давно подумывал стать эгоистом.
- Лучше… остановись.
Янто зажмурился – и как он мог остановиться, если без этих чувств он и так был мёртв – мёртв и пуст, он будто чувствовал гул внутри – как в пустой канистре из-под бензина.
- Просто перестань.
- Ты не знаешь, каково это.
- Да, не знаю, но я прошу тебя остановиться. Это опасно.
- Мне нравится.

2010-04-19 в 12:03 

Reno89
Nice planet. We'll take it.
Он ускользал в воспоминаниях – то вновь возвращался к реальности, не по своей воле – Джек постоянно отвлекал. Он что-то ещё говорил, говорил, говорил, но слова с трудом прорывались сквозь мысли. От действа в темноте остались какие-то жалкие обрывки, одно большое пятно-клякса, которое расползалось, и расползалось.
Янто вынырнул на поверхность, когда капитан встряхнул его особенно сильно.
- Ну, посмотри на меня, - негромко проговорил он, вокруг, кажется, уже собралась вся остальная команда – значит, бросила бесплотные попытки Тош, значит любопытство Оуэна победило усталость.
- Ты сам мне говорил, - пробормотал Янто, обращаясь к доктору – того, удивлённого, вытолкнули вперёд – будто для опасных переговоров, а сами остались прикрывать спину. – Нет лекарства от равнодушия.
Харпер неуверенно кивнул.
- Что ты такое ему сказал? – возмущённо зашипела на него Гвен, - что ещё за чепуха насчёт всего этого… равнодушия?
- Это он про меня, - уточнил Джек.
- О, нет, - протянул Джонс, - только давайте не будем разбираться, чья это вина. Моя голова вот-вот готова взорваться, и, признаться, меня это совершенно не радует, но не могли бы вы все, пожалуйста, заткнуться хоть на минуту, иначе это произойдёт слишком быстро, и я не…
Слова лились неконтролируемым потоком – Янто даже испугаться не успел, когда капитан присел рядом с ним, утирая кровь – вновь закапало, прямо на обивку дивана.
- Джек, ты ведь не позволишь ему, - начала Гвен – с явным подозрением в голосе.
- А что мы можем сделать? – отрывисто поинтересовался Харкнесс. – Заставить его НЕ думать?
- Ну, для начала, скажем, вырубить его, - чрезвычайно непосредственно предложил Оуэн.
- Постойте-ка, я, кажется, всё ещё здесь, - протестующе заметил Янто, но почти сразу же замолчал – воспоминания были куда притягательнее серой реальности. Ему хотелось перегрызть тонкие нити, которые всё ещё тянули его обратно.
- Но из-за него погибнем все мы!
В тишине было слышно, как громко колотится чьё-то сердце.
- Может быть, и не погибнем, - вдруг напряжённо проговорила Тошико, вглядываясь в бесконечный ряд простых чисел, скользящих под красной тревожной надписью.
- Что ты нашла? – нетерпеливо осведомился капитан. – Тош, у нас мало времени.
- Я не уверена, но…
- Говори!
- Помните, я рассказывала о том, что нас окружает плотное время, которое остановилось? То, что происходит снаружи, не имеет к нам отношения, мы сами взрываем себя – изнутри. Если прослойка стоячего времени окажется достаточно прочной, чтобы удержать взрыв в рамках безвременной среды, то, возможно, нам удастся… повернуть всё вспять.
- Каким образом? – поинтересовалась Гвен.
- Безвременье отскочит от временной материи, как мячик, и, скорее всего, гармонизируется со внешней средой, по крайней мере, я очень надеюсь… Это сложно объяснить, но если всё получится, и нам повезёт, мы останемся живы. Просто вернёмся на день раньше – вероятно, потеряем день жизни, но зато останемся целыми и невредимыми. Всех устраивает?
- Более чем, - вынес вердикт Харкнесс. – И это значит – нам следует позволить Янто умереть.
- Он умрёт… в какой-то степени, на какое-то время. Тысячная доля секунды?
Джек коротко взглянул на Джонса – тот полулежал, откинувшись на спинку софы, с закрытыми глазами. Ватные тампоны набрались крови, от них больше не было толку.
- Чёрт возьми, это будет больно, - прошептал Оуэн. – Мы можем вколоть ему промедол?
- Тот самый, что используют при родах? – невинно взмахнув ресницами, поинтересовалась Гвен.
- Вода в кофеварке так и не закипела, - резко прервал зарождающуюся перепалку Джек. – Сомневаюсь, что обезболивающее поможет.
Он как следует встряхнул Янто.
- Эй! Ты слышишь меня?
- Джек? – Джонс с трудом открыл мутные глаза – он почти поверил в то, что темнота никогда не покидала его, возвращая к хорошим воспоминаниям.
- Послушай, я ничего не могу сделать, взрыв произойдёт в любом случае, но ты должен послушать меня.
- Я и… слушаю, - признаться, слова доходили до него с трудом. – Почти. Только мало что понимаю.
- Я буду говорить простыми фразами. Так лучше?
- Да.
- Мне жаль, что так вышло.
- Причём тут ты?
- Я не об этом, - Джек обвёл взглядом замерший в ожидании худшего Хаб. – Я о том, что между нами…
- Было, - закончил за него Джонс.
- Это нечестно.
- Ты сам виноват. Можешь начинать говорить и об этом тоже.
- Я так не считаю.
- Почему-то не больно, - задумчиво заметил вдруг Янто. – Я думал…
В голове запульсировало, и он нетерпеливо притянул Джека к себе.
- Слышишь?
Харкнесс прислушался.
- Нет.
Голосов становилось всё больше, звучали они всё тише и вскоре превратились в фоновый невнятный ватный шум, от которого закладывало уши.
- Ты ведь не боишься? – пробормотал Джонс.
- Нет.
- Я – камикадзе.
- Тот ещё.
- И ты – со мной.
- Если это последнее, чего тебе хотелось бы в этой жизни.
Янто обхватил его обеими руками за шею – как будто ребёнок, прижался всем телом. Невыносимо. Боли не было, но что-то ударяло его изнутри снова и снова, рвалось наружу, грозясь разорвать в клочья. Нечто много большее, чем тело обычного человека. Под потолком истерически замерцали дежурные лампы.
- О, Господи, - по-японски пробормотала Тош, и спустя мгновение или пару прогремел страшной силы взрыв, который разнёс Хаб на куски.
- Плыви по течению, - шепнули Янто на ухо. – По течению, а не против него.
В ногу вдруг ткнулось что-то чрезвычайно острое.

2010-04-19 в 12:04 

Nice planet. We'll take it.
***
Жутко было наблюдать за тем, как твоя собственная рука, которую мгновением раньше разорвало в клочья, собирается по кусочкам, восстанавливая прежнюю форму – не ощущая при этом ничего, ни жжения, ни тока крови, ни дыхания жизни. Прошлое пролетело перед ним, пятясь назад, эхом миллионов извращённых, перевёрнутых голосов и невиданных слов, и каждый миг отпечатался в его мозгу, ночь сменилась светом, свет – тьмой, и всё вдруг вернулось на свои места – неясно толком, куда именно, но стало своего рода дежа вю – отвратительнейшим чувством, которое Янто ненавидел.
Время повернуло вспять – в строго локализованном пространстве, в стенах Хаба, собрало взрыв по кусочкам, осколки вернулись к целому, стекло, минутой ранее вгрызшееся в голень Джонса, бесшумно выскользнуло из его ноги, по каплям избавляясь от крови…

2010-04-19 в 13:00 

~Москвичка~
It's the epic love story of Sam and Dean (c) Eric Kripke
Замечательное продолжение! Зачиталась и забыла про все дела))

И так хочется узнать, что будет дальше - в первую очередь с нашими мальчиками, конечно :)

2010-04-19 в 13:05 

Молчание не всегда знак согласия.
Спасибо за продолжение. Присоединяюсь к Москвичке -- очень хочется знать, что будет дальше. :)

2010-04-19 в 13:14 

Nice planet. We'll take it.
~Москвичка~
Малли
Большое спасибо, что продолжаете читать! следующий фрагмент - последний, так что история совсем скоро закончится, и вы всё узнаете=)

2010-04-19 в 13:24 

[Old Women Roll Cake] [Клуб любителей мандарин]
Ооо, ну хоть разобрались со всеми этими штучками))))) осталось разобраться с Джеком :smirk:

зы, и лучше решить Янто или Йанто он у вас :shuffle2:

2010-04-19 в 13:28 

Nice planet. We'll take it.
miral
И с Джеком разберёмся=))

ой, там где-то осталось Йанто? боюсь, этого уже не исправить...

2010-04-19 в 13:38 

4ерти
Everything I am
Жутковатое продолжение (особенно про кровь было страшно читать), но тем интересней :inlove:

2010-04-19 в 14:14 

~безумная белка~ || ...в случае неудачи становится крайне ядовитым... (c)
Здорово! :heart: Очень понравилось! И очень, очень интересно! :red:
За Янто переживала, но радует, что все будет хорошо :) Интересно, как они там с Джеком разберутся)

2010-04-19 в 15:20 

He's my favourite bisexual time-traveling period-clothing fetishist! (c)
Здорово! Спасибо :)

2010-04-19 в 19:56 

Reno89
Nice planet. We'll take it.
4ерти
спасибо, что, несмотря на кровь, всё-таки прочитали=))

Жанна-ДАрк
Благодарю! всё будет хорошо, но ведь не может быть ничего абсолютного=)

alra
Спасибо!:sunny:

2010-04-20 в 04:30 

He's my favourite bisexual time-traveling period-clothing fetishist! (c)
И спасибо, что остановились не на самом страшном месте, а немножко после. Это было заботливо :)

2010-04-20 в 18:20 

Reno89
Nice planet. We'll take it.
alra
:love:
после всё будет хорошо=) ничего страшного больше не намечается=)

2010-04-23 в 17:52 

Я все жду-жду, и время тянется так долго.
Вы уж не томите, автор.
Пожалуйста.
Знаю-знаю, обычно подобные просьбы сильно раздражают фикрайтеров. Но вы уж простите.
И спасибо за фик.

2010-04-23 в 19:45 

Runil
“Душа, что же ты молчишь?”
Фик отменно получился)
Янто и Джек- прелесть оба)

2010-04-23 в 21:02 

Nice planet. We'll take it.
Baiba
Спасибо за ваше ожидание и терпение! меня совсем не раздражает просьба выложить побыстрее проду - я это сделаю в скором времени, так что подождать осталось совсем чуть-чуть *не переключайтесь=))))*

Runil
Благодарю! рада, что мне удалось избежать совсем уж явного ОСС=)) и герои получились хорошими=)

2010-04-26 в 13:08 

Nice planet. We'll take it.
Янто проснулся, не вздрогнув – просто открыл глаза в разлинованной призрачным светом темноте. Он видел что-то очень нехорошее, то, что тяжестью осело на сердце, но обрывки воспоминаний ускользали, срывались с пальцев, как юркая рыба с крючка, к тому же Янто не был уверен в том, что спал. Кошмары холодным потом выступали на коже вдоль позвоночника, на лбу, на шее, в сгибах локтей, болью стучались в черепную коробку, и пробуждение от них приносило облегчение, но сейчас Янто чувствовал себя так, будто упустил нечто действительно важное. Как будто вырезал из своей жизни пару зрелищных кадров.
Живое тепло заставило его прийти в себя – в какой-то мере. Чужое дыхание и сердцебиение вторили его собственным, чужая рука плотно обхватывала его грудную клетку. О, чёрт побери, Джек. Узкая капитанская койка, спутанные простыни, запутавшиеся ноги, руки, мысли. И невероятная, благодарная усталость.
- Джек, - негромко позвал он, понимая, что без его голоса не сможет успокоиться окончательно. – Джек.
Эхо. Джек! Джек! Кто-то кричит в его голове, прежде чем разлететься ошмётками плоти.
Харкнесс судорожно глотнул воздуха, затем ещё раз и ещё – будто за миг до этого и не дышал вовсе.
- Джек! – кто-то снова кричал, но в этот раз не в страхе, скорее, в волнении, и гораздо, гораздо ближе.
- Янто? – он окинул комнату диким взглядом, выдираясь из липкого безмолвия, из слепоты, глухоты и немоты, которые за миг до мучительного пробуждения держали его, подобно кандалам.
- Ты в порядке?
Джек тяжело сглотнул, чувствуя невероятную, смертельную сухость во рту и в горле.
- Не знаю, - пробормотал он – до странности неуверенно. Он понимал – произошло что-то ужасное, он не мог не чувствовать этого, но мир сбивал его с толку – тишина и покой, и постель, и Янто, и целое тело, и крови нигде не видно. Значит, он был жив всё это время? Сводило с ума.
- Что… что ты чувствуешь? – Джонс всё никак не мог угомониться – Джек просто смотрел в его глаза, совсем светлые, чуть воспалённые после долгого дня работы, с красным ободком у нижних ресниц – и молчал. Гробовое молчание. Похоронен заживо?
- Я… умер, - наконец, проговорил он – испугавшись своего голоса – как из могилы. – По крайней мере, я только что испытал это – то, как умер, а затем ожил вновь. Из тысячи ощущений, знакомых мне, это я никогда ни с чем не перепутаю. Это так, будто… будто…
Ему вдруг неимоверно захотелось расхохотаться, но он понимал, что не следовало бы этого делать, чтобы лишний раз не пугать и без того ошарашенного Янто, но просто не мог сдержаться.
Чёрт побери.
Смех его отскакивал от старых стен в потёках, как волейбольный мяч от сетки, как десяток мячей, выпущенных на свободу, и в кои-то веки капитан подумал: вот оно. Вот когда говорят – он не в себе. У него и вправду звенело в ушах, перед глазами плясали какие-то чёрные мушки, наверное, он заработал себе кровоизлияние в мозг, может быть, единственный раз в своей жизни, только что умер (по ощущениям), и был воскрешён для полноценного удара.
- Это как будто тебе на старости лет отключили систему жизнеобеспечения. Иногда это быстро – ты просто проваливаешься в темень и ничто, а иногда так долго, так долго, что успеваешь тысячу вещей передумать, пока сдохнешь. И в этот раз было долго. О, как же это было мучительно долго! Как будто меня разбирали по кускам. И каждый фрагмент продолжать жить, а после…
Он замолчал резко и бессмысленно, беспомощно открыв рот и не понимая, что несёт, вздрагивая в руках Янто, и старательно загоняя слёзы обратно, где им и положено было оставаться – внутри, в глубине, откуда нет выхода.
- Как это вышло? – тихо, на грани слышимости пробормотал Джек, дыханием щекоча мочку уха Янто. – Как вышло, что моё сознание было абсолютно уверено в смерти тела – и обмануло само себя? Мне это безумно не нравится, Янто, ты знаешь? Это ненормально.
- Ещё более ненормально, чем всё остальное? – не удержался от улыбки тот.
- Это гораздо страшнее, чем остальное, - проворчал капитан. – И тебе никогда не понять.
Янто пожал плечами, усмехнувшись. Куда уж нам.
- Но, по правде говоря, - заметил Джек, - я и не хочу, чтобы ты понимал. Это не то, о чём необходимо знать. Это ломает.
Он выглядел таким уставшим и разбитым, таким потерянным и одиноким, как будто вдруг очнулся посреди громадного каменистого безжизненного поля – после выстрела или перелома позвоночника, или черепно-мозговой травмы, или обморожения, или паренхиматозного кровотечения, или расчленения, или ранения в живот, или взрыва, или расставания, и Янто вдруг ощутил неимоверную потребность поцеловать его – просто так, понимая, что этот разговор нелегко дался капитану, к тому же, скорее всего, вырвался на поверхность случайно, против воли Джека, которому вовсе не свойственны были подобные откровения. И пусть завтра он вновь станет разыгрывать из себя невесть кого, он будет большим начальником, крутым боссом, которому жизнь с её ухабами нипочём, Янто ни за что не поверит ему. Трудно будет поверить после всей этой дрожи и слабости. Простительной слабости того, кто умирал сотни десятков раз.
Взгляд у Джека был рассеяннным, он будто бы вновь смотрел мимо Янто и сквозь него, но Джонс не собирался оставлять всё, как есть. Он решительно стиснул в пальцах мужественный подбородок капитана и развернул его к себе. В глазах Джека зажёгся знакомый дерзкий огонёк – кажется, он уже успел позабыть о своих тревогах – хотя бы на время – и был готов играть по правилам Янто, согласно которым идеальный поцелуй должен был быть долгим и обстоятельным. Хотя страстные и отрывистые возбуждали его гораздо сильнее, но их следовало приберечь для особенных случаев. Для внеочередного Апокалипсиса, например.

Раннее утро вторника, дня, в который может случиться нечто ужасающее, будоражащее сознание и воображение, а может и ничего не произойти. Расписания катастроф не существовало, они являлись миру по собственному желанию – и всегда выбирали наиболее неудачные моменты.
Это знание просто было в его голове, не тревожащее – такое, что хранилось в памяти уже достаточно долго, чтобы успеть привыкнуть к нему. По крайней мере, на первый взгляд. Янто и сам не знал, откуда возник вдруг вопрос.
- Тош, - обратился к японке Янто, - а когда ты собираешься запустить тот… андронный коллайдер of yours?
Девушка воззрилась на него в недоумении, и Янто неловко улыбнулся.
- Я имел в виду генератор темпоральной защиты, - пояснил он. – Когда первый тест?
Теперь на него смотрели все – с нескрываемым ужасом. Разве что во взгляде Джека нашлось место удивлению.
- Откуда… - пробормотала Тош, утратив большую часть своего самообладания, - постой-ка, откуда ты знаешь?..
- Всем привет, - селектор пискнул, и раздался голос Гвен. – Джек, прости, опоздала. Я пропустила что-то важное?

2010-04-26 в 13:09 

Nice planet. We'll take it.
***
ТАРДИС дрейфовала на самой кромке земной экзосферы. Доктор вещал. Он привык говорить – много и быстро, и ему нравилось, когда находились преданные слушатели. Донна и сама кого угодно смогла бы заговорить до изнеможения, но в этот раз, кажется, Доктору удалось утихомирить её.
Монитор сканера мерцал бирюзовым.
- Стыдно признаться, но я никак не могу понять, - бормотал Доктор, поворачивая подвижный экран то в одну, то в другую сторону, - это, несомненно, Торчвуд, кардиффский Торчвуд, Торчвуд 3 и никакой другой, но теперь их штаб-квартира, во временном аспекте, естественно, напоминает медузу… Ты спросишь – что такое Торчвуд, но нет, Донна, погоди, сперва мне нужно разобраться с этим самому, поэтому скажу так – Торчвуд – это капитан Харкнесс, а капитан Харкнесс – это Торчвуд, поэтому ответственность за это безобразие может нести лишь он один, никто больше… Донна?
Ответом ему было молчание. Донна мирно дремала в жёстком кресле без подлокотников, её огненно-рыжие волосы рассыпались по плечам, облачённым в тёмно-синий.
- О, Донна, - с улыбкой протянул Доктор, - Донна Ноубл, ты всегда знаешь наверняка, когда нужно пропустить сказанное мимо ушей.
Он вернулся к сканерам и показателям. Над Кардиффом сгущались грозовые тучи, но даже сквозь тёмное марево яркая точка у бухты слепила, расползаясь трепещущими в тонкой ткани материи щупальцами, словно маленькое солнце, и Доктор в который раз, прищурившись, осмотрел причудливое образование и нахмурился. Нет, ему это совершенно не нравилось. Такое буйство – и на Земле? В его глазах – глазах Повелителя Времени – «медуза» выглядела угрожающе. Как прореха во временной секте, которая трещала по швам, не выдерживая напора этой реальности.
- Джек Харкнесс, - укоризненно прошептал Доктор, - что же ты делаешь с этим миром?
Трещины, впадины – как купированные хвосты и уши у собак бойцовских пород.
- Десятки вариантов альтернативного развития событий – и ни одного по-настоящему проработанного. Нет даже законченного – что же тебя останавливало? Почему они все обрываются, Джек? Чем ты занимаешься в своём Торчвуде, если ткань мироздания под Рифтом расползается на отдельные нити?
- Доктор? – во сне позвала его Донна и затихла. Она очень устала. Тайм-лорд пообещал почаще напоминать себе об этом.
Вспышка. Вспухла, как атомный взрыв, и осела почти моментально, застыла на миг, опала, словно потревоженные пыль и песок. ТАРДИС мелко задрожала – во временной прослойке прошла волна, по силе сравнимая со слабым цунами в два-три балла, машину качнуло, словно океанский буёк в неспокойный день, и Доктор бросился к мониторам. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как «медуза» растит новое щупальце – короткое и ущербное, но, очевидно, способное развиться в полноценную ветку реальности, события в которой, следуя друг за другом, образуют единую неразрывную бесконечную цепь трагедий и драмы, счастливых улыбок, лицемерия, слёз и прощальный признаний, которые приведут нужных людей в нужные места, если, конечно, капитана устроит подобный ход жизни. Если, конечно, он не примет очередного опрометчивого решения всё изменить. Если, конечно, его рука не дрогнет, если, конечно, он не поддастся слабости вернуться назад и всё изменить вместо того, чтобы бороться здесь и сейчас. Если, конечно, из-за его шуток с реальностью не наступит внеплановый конец света.

2010-04-26 в 13:42 

Молчание не всегда знак согласия.
Reno89, спасибо за финал! :white:

2010-04-26 в 14:13 

Everything I am
Reno89 Спасибо за эту историю :red:

2010-04-26 в 14:27 

~безумная белка~ || ...в случае неудачи становится крайне ядовитым... (c)
Спасибо большое за продолжение. Было очень интересно и очень понравилось :red: И как же радостно, что все закончилось хорошо :)

2010-04-26 в 15:32 

Nice planet. We'll take it.
Малли
4ерти
Благодарю за внимание!!:sunny:

Жанна-ДАрк
по другому и не могло закончиться=) хотя, как и всегда, есть в этой бесконечности вероятностей какая-то тоска, хотя - на ошибках учатся

2010-04-26 в 21:11 

RenZax
Супер - хочу продку!!! :)

2010-04-27 в 03:10 

О моя чудесная, моя изумительная катастрофа...(с)// Это мой первый визит в Галактику Ужаса. И пусть он останется приятным(с)// Хорёк-параноик в фиолетовом плаще(почти(с))
Ты спросишь – что такое Торчвуд, но нет, Донна, погоди, сперва мне нужно разобраться с этим самому, поэтому скажу так – Торчвуд – это капитан Харкнесс, а капитан Харкнесс – это Торчвуд, поэтому ответственность за это безобразие может нести лишь он один, никто больше… Донна? Ответом ему было молчание. Донна мирно дремала в жёстком кресле без подлокотников, её огненно-рыжие волосы рассыпались по плечам, облачённым в тёмно-синий. - О, Донна, - с улыбкой протянул Доктор, - Донна Ноубл, ты всегда знаешь наверняка, когда нужно пропустить сказанное мимо ушей. О да))
Reno89, спасибо, это было просто восхитительно:white:

2010-04-27 в 15:39 

Nice planet. We'll take it.
RenZax
Спасибо, но это последняя часть фанфика=) далее - фантазия читателей=)

Rainy Elliot
Большое спасибо вам, что были со мной всё это время! Этот отрывок мне очень дорог, потому что Донна - моя вторая любимая спутница Доктора, она мне очень близка по духу, и мне просто необходимо было вписать хоть пару слов о ней в фанфик, я рада, что вы оценили!

2010-04-29 в 22:04 

ты прелесть
великолепно))) люблю красивый ангст) :red:
мне безумно понравилось. я в восторге)

     

Jack+Ianto=OTP

главная